"В гостях у «смолянок». Литературно-музыкальная композиция по мировой художественной культуре

Разделы: МХК и ИЗО


Ведущая (она же экскурсовод, на фоне затихающей мелодии “Прогулки” М П. Мусоргского):

- Добрый вечер, уважаемые гости! Приглашаю Вас совершить увлекательное путешествие по залам Русского музея, ощутить его атмосферу, прикоснуться к творчеству великих русских портретистов XVIII века. Какой человек, считающий себя культурным и образованным, не знает работ Дмитрия Григорьевича Левицкого. Наш музей хранит несколько его полотен. Предлагаю Вам ненадолго задержаться около портрета директора Академии художеств, руководителя архитектурного класса Александра Филипповича Кокоринова (на экран проецируется портрет)

Портрет А. Ф. Кокоринова

- Казалось бы, в нем нет ничего особенного – типичный портрет XVIII века: схожие позы и жесты можно видеть у множества европейских и русских портретистов. Спокойная, полная достоинства и величия поза, художнику удалось внести душевную и интимную теплоту в портрет Кокоринова. Он только что закончил трудную работу, которая не давала покоя несколько месяцев. Лицо немного утомленное, но приветливое и мечтательное, тонко вылепленное светом и тенью. С особой тщательностью выписан богатый костюм владельца, на который он потратил все годовое жалование. Перейдем к следующей картине Левицкого.

Екатерина II в храме богини Правосудия.

- “Первой гражданкой отечества”, служительницей законов представлена императрица. Екатерина II в храме богини Правосудия. Передовые люди России видели в ней идеальное воплощение образа просвещенного монарха, призванного мудро управлять державой. Екатерина указывает на алтарь, где курятся маки, символ сна и покоя (ей чужд сон и покой, она без остатка отдает себя служению отечеству), над нею – статуя Правосудия, у ног – орел – символ мудрости и божественной власти.

- Уважаемые гости, обратите внимание на 7 портретов лучших учениц Смольного института, заказанных Дмитрию Григорьевичу Левицкому Екатериной II. Они ... (тут экскурсовода прерывает София де Лафон, дальше рассказ пойдет от ее лица, и мы окажемся в середине XVIII века.)

София де Лафон:

- Прошу прощения, позвольте представиться - мадам София де Лафон, по распоряжению ее императорского величества являюсь начальницей Воспитательного общества благородных девиц, открытого в 1764 году в Смольном монастыре, позднее переименованного в Смольный институт. Разрешите мне познакомить Вас с необычным учебным заведением и нашими лучшими воспитанницами. (О проблемах образования в России может рассказать учитель)

Состояние образования в России XVIII века было ужасно: отсутствие школ, невежественные учителя, убежденные, что без насилия и телесных наказаний учение невозможно. Души детей буквально дрожали от страха наказания. В дворянских семьях ребенок оказывался в полной власти гувернера-иностранца из бывших кучеров или лакеев. Общаясь с выдающимися французскими просветителями Дидро и Вольтером, императрица задумала создать новое учебное заведение, где будут воспитываться люди “новой породы”. Семья не в состоянии воспитать ребенка достойным образом, эту обязанность должно взять на себя государство. Детей надо изолировать от влияния общества и семьи. Категорически запретить телесные наказания. “Нужно дать охоту, желание и любовь к знанию, воспитывать в людях чувство собственного достоинства и гражданского долга”, - писала императрица.

Портреты лучших наших воспитанниц и создал художник Левицкий по заказу Ее величества. Первым был написан портрет двух девочек - Федосьи Ржевской и Анастасии Давыдовой (на экран проецируется портрет)

Портрет Ф. С. Ржевской и Н. М. Давыдовой.

(Картина “оживает”, и перед нами появляются воспитанницы. Далее рассказ идет от их лица. Желательно, что бы рост и цвет платьев участниц, походил на “смолянок”).

Н. М. Давыдова (старшая): Мы обе в форменных платьях: младшая, совсем еще ребенок в коричневом, такие носили воспитанницы “первого возраста”, их называли “кофейницы”.

Ф. С. Ржевская (младшая): Старшая во “втором возрасте” - в голубом платье. Она держится как благовоспитанная взрослая особа. Ее уже научили светским манерам и умению вести себя в обществе, она демонстрирует заученные изящные позы и жесты.

София де Лафон:

- И Ржевская и Давыдова блестяще декламировали на экзамене в институте. Как сенсационное событие описывала газета “Санкт-Петербургские ведомости” прогулку воспитанниц в Летнем саду, а поэт Сумароков даже написал стихотворение. Пожалуйста, послушайте: (читают Ржевская и Давыдова).

Не нимфы ли богинь пред нами здесь предстали?
Иль сами ангелы со небеси сошли,
Ко обитанию меж смертных на земли,
Что взоры и сердца всех зрителей питали,
Как солнечны лучи, так взоры их сияют,
С красой небесною краса всех нимф равна;
С незлюбием сердец невинность их явна;
Конечно, божество они в себе являют.
Как сад присутствием их ныне украшался
Так будет краситься вся русская страна.

София де Лафон:

- Поступали учиться девочки в 5-6 лет, а заканчивали в 17-18. Общения с родителями были ограничены - свидания только в присутствии свидетелей. Родители обязаны были приносить присягу, что не будут требовать детей обратно, и тем самым уничтожать усилия педагогов.

Портрет Е. Молчановой.

Екатерина Молчанова:

- Преподавали нам, главным образом, гуманитарные предметы, но была и математика, и опытная физика. Определите, какой физический прибор изображен на моем портрете? Изучались иностранные языки: мещане учили 1 язык, “благородные” - 4. В Смольном было не только благородное отделение, но и “неблагородное”, куда принимали девочек всех сословий, даже крепостных. Все девушки имели привилегию: они не только были свободны, но при замужестве несли свободу мужу, если он был крепостным. Девушки старшего возраста носили белые платья и нас называли “белыми”. Нам разрешалось устраивать балы, на которых мы появлялись в белоснежных великолепных платьях.

София де Лафон:

- Взгляните внимательно на портрет Молчановой. Как смотрит, как сидит – независимо и гордо. Какая осанка, какая стать. Лицо выражает совершенную уверенность в себе и в жизни. Внутренняя раскованность, энергия, ум – вот такой предстала Екатерина Молчанова на портрете Дмитрия Григорьевича Левицкого. “Смолянки”, изображенные художником, старательно демонстрируют зрителям свои таланты. Блестяще играла на арфе Глафира Алымова, она считалась одной из лучших русских арфисток. Занятиям музыкой, танцам уделялось очень большое внимание.

Портрет Г. Алымовой.

Глафира Алымова (рассказывает на фоне звучащей арфы):

-Учили нас многому. Однако, больше всего внимания уделялось тому, чтобы мы овладели искусством принадлежности светскому обществу. Многих из нас императрица постоянно приглашала во дворец, где сажала к царскому столу и где мы выступали с музыкальными и хореографическими номерами. В журналах того времени сообщалось о том, что мы бывали на балах в доме Бецкого, сподвижника Екатерины. Говорили, что он был в меня влюблен. Князь Иван Долгоруков, человек образованный и тонкий, писал в своих воспоминаниях о нас “смолянках”: “Привыкнув к общению с ними, я пленялся их воспитанием, простосердечием, доброжелательными побуждениями души и здравым рассудком. Они не умели притворяться или лукавить; всегда были открыты ты со всякими и никакого не показывали кокетства в поведении”.

София де Лафон:

- В 1773 году “Санкт-Петербургские ведомости” сообщили, что на выпускном акте 4 лучших ученицы получили высшие награды. Газета восхищалась поведением девушек. Были среди них Наталья Борщова и Анастасия Левшина (любимица Екатерины)

Портрет Н. Борщовой

Портрет А. Левшиной.

- Д. Г. Левицкий пишет их портреты в танцевальных костюмах. Красивые руки, ноги, одеты в атласные белые туфельки, тело, затянутое в тугой корсет. Девушки выполняют привычные, заученные движения. Но в лицах естественность и застенчивость. Портрет Борщовой строится на цветовом контрасте: черное платье на высветленном фоне. Фигура Левшиной изображена на фоне интерьера, перегруженного архитектурными деталями, да и сама она чуть жеманна, горделива и свысока смотрит на зрителей. Они обе были блестящими танцовщицами, не хуже профессиональных балерин (участницы исполняют танцевальный номер).

София де Лафон:

Особое место в жизни Смольного института занимали театральные представления. Учениц с малолетства приучали к публичным выступлениям. В праздничные дни в залах Смольного собиралось более 100 человек, бывало много иностранцев. Ученицы разыгрывали целые пьесы, ставили оперы, давали концерты. Костюмы для спектаклей шили портные придворного театра, декорации писали придворные мастера, ведущие балетмейстеры и драматические актеры готовили воспитанниц к спектаклям. Возможно, на одном из спектаклей увидел Левицкий Екатерину Нелидову.

Портрет Е. Нелидовой

Екатерина Нелидова:

- Актерское дарование проявилось у Катеньки Нелидовой весьма рано. Современники называли её “самою яркою звездой среди сверстниц”. О ней немало писали: “Она танцевала с необыкновенным изяществом и живостью, а разговор её отличался изумительным остроумием и блеском. Императрица любила её за живой ум и веселый характер.

В спектакле “Госпожа-служанка” Перюизи она изображала молодую служанку, которая путем хитростей вынудила своего господина жениться на ней. Газета откликнулась на великолепную игру 15-летней воспитанницы:

Как ты, Нелидова, Сербину представляла,
Ты маску Тлии в лице являла.
Приятность с действием и с чувствиями взоры
Пандольфу делала то ласки, то укоры,
Пленила пением и мысли и сердца
Игра твоя жива, естественна, пристойна;
Ты и зрителям в сердца и к славе путь нашла,
Нелестной славы ты, Нелидова, достойна:
Иль наче всякую хвалу ты превзошла!

Автопортрет Нелидовой один из самых жизнерадостных и светлых по колориту. Он прекрасно передает характер девушки-подростка, наслаждающейся игрой в театре.

(Рассказ о судьбе Е. Нелидовой может продолжить учитель).

Интересна судьба Катеньки Нелидовой после окончания учебы. Она пользовалась любовью великого князя (затем императора) Павла I. Перед отъездом в Финляндию, когда шла война со Швецией, Павел написал ей письмо: “Знайте, я буду думать о Вас”. Тяготясь двусмысленностью своего положения при дворе Павла (фрейлина великой княгини и нежный друг великого князя), она возвращается в Смольный институт как наставница. Зовет её не только Павел, но и новая императрица Мария Федоровна, все знают, что маленькая фрейлина – единственный человек на свете, кому дано смягчать припадки гнева императора, останавливать его дикие приказы. Она не раз просила за обиженных и несправедливо наказанных. После убийства Павла 1 между императрицей-вдовой и бывшей соперницей установились трогательные отношения. Они часто встречались, чтобы поговорить о “дорогом усопшем” и поплакать о нем. Умерла Нелидова в 82 года. Такова судьба одной из самых очаровательных “смолянок” Д. Г. Левицкого.

София де Лафон:

- Неоднократно приводил в восторг зрителей дуэт двух подружек Хованской и Хрущевой.

Портрет Е.Н.Хрущевой и Е. Н. Хованской.

Е.Хованская рассказывает о Хрущевой

-Хрущева славилась талантливым исполнением мужских ролей, и художник ни сколько не приукрасил её лицо с толстым носом и растянутым ртом, зато показал неповторимое обаяние радостных сияющих глаз хрупкой фигурки, облаченной в длинный сюртук.

Е. Хрущева рассказывает о Хованской

- Подруга – наоборот, женственна и меланхолична. Её нежно-розовое личико контрастирует с красноватым тоном лица. Темно-серый сюртук противопоставлен жемчужно-белому с розовым платью дамы. (Девушки разыгрывают фрагмент из пьесы Мольера “Мещанин во дворянстве).

София де Лафон:

-Таковы самые лучшие выпускницы Смольного института, чьи портреты пожелала видеть её императорское величество Екатерина II.

Нравственные отцы и матери, честные граждане – к такому итогу стремилась Екатерина, создавая “новую породу людей”. Не всё получилось, что задумывалось. Знания давались поверхностно. Телесных наказаний не было, но были другие: “стоять на одном месте по два часа; не пускать гулять с другими детьми”, делать выговоры наедине и пристыживание публичное; “на хлеб и воду на 12 или24 часа или лишать завтрака и обеда”, но “никогда не отнимать ужина”. Далеко не все современники были в восторге от “инкубаторского воспитания “монастырок”. В обществе ходили шутки, будто выпускницы Смольного имели обыкновение спрашивать: “Где же те деревья, на которых хлеб растет?”

Ведущая (экскурсовод):

- И все же среди просвещенных дворян “смолянки” пользовались большим уважением и симпатией.

Благодаря картинам Дмитрия Григорьевича Левицкого мы знаем очаровательных Нелидову и Борщову, скромных Давыдову и Ржевскую, чуть манерную Левшину, артистичных Хрущеву, Хованскую и Алымову, умницу Молчанову. Художник великолепно раскрыл внутренний мир “смолянок”, изобразив их во всем очаровании цветущей юности – они живы, подвижны, грациозны, кокетливы. Их портреты написаны с неподражаемым мастерством, даже забываешь, что созданы они при помощи кисти и красок.

На экране ещё раз появляются портреты “смолянок”. Звучит пьеса М. П. Мусоргского “Прогулка” из цикла “Картинки с выставки”.

Наше путешествие по залам Русского музея подошло к концу. До новых встреч!

28.01.2008